рассказы, лирика, проза, вирши

Главная » Рассказы из жизни » люди » Геолог Павел Скоробогатых

Геолог Павел Скоробогатых

|

..Пришла пора и ясною погодой,
Фонтан ударил чёрною струёй
Через задвижки и через отводы,
На Юрубченской. «Пятой» буровой…

 

Геолог Павел Скоробогатых

Создавая этот сайт, я обешал одну из рубрик, посвятить людям мужественным, стоявшим у истоков Красноярской нефти, исходившим сотни трудных верст, раздвигая плечом таежные заросли, по каменным россыпям и зыбким болотистым лощинам, ночевавшим у костров, экономившим съестные припасы в маршрутах, в ожидании заплутавшего в непогодах вертолета МИ-4.

Эти люди о нефти судят не с кондачка и по наслышке от «покурителей северных широт» в курилках управлений и трестов!

Эти люди, материалы для своих научных работ и диссертаций, по крупицам собирали в изнурительных маршрутах, на буровых, корпея над ящиками с керном.

Один из когорты этих отважных уважаемых мной и преданных делу, людей, — Павел Скоробогатых

С геологом Павлом Скоробогатых, я напрямую по работе не пересекался.

Он, — геолог Божей милостью!

Я же, — технарь-транспортник.

Но так уж привелось, что наши трудовые пути с 1982 по 2004 год шли параллельно.
В стречались в коридорах управления, кивали друг другу, здоровались.

Часто приходилось лететь одним бортом, на Север.

Этот замечательный человек мне запомнился своей статью и полевой выправкой!

Классический образ Геолога Советской эпохи!

Форма одежды, — строго полевая (Энцефалитка, зеленые брезентовые брюки, добротные ботинки ( а то и, сапоги, сообразно сезону)).

Картину довершал неимоверных размеров и, надо полагать, — веса, рюкзак (неотъемлемый атрибут геологов той эпохи)!

Во всей его внешности, ни малейшего налета кабинетности, если можно так выразиться.

Позже, от коллег узнал, что Павел Скоробогатых, -редчайшего ума и души, человек и очень грамотный специалист в части Геологии ( я осознанно пишу слово «Геологии», с большой буквы ибо для меня Геология,- это эпоха!).

Геолог — полевик!

А чтобы более полно представить вам образ Павла Петровича, ни в малейшей степени, не претендуя на авторство, привожу статью из газеты «Эвенкийская Жизнь», посвященную 72-х летию Павла Петровича.

Павел Скоробогатых

«ЕСТЬ ЖЕ ЛЮДИ!

У гостя всегда больше времени, чем у хозяина

Скоробогатых — хозяин, поэтому каждая минута у него на вес золота. Может, именно потому его самого относят к геологам, которые на вес золота…

Павел Петрович Скоробогатых стоял у истоков масштабного изучения Собинского, Юрубчено-Тахомского и других месторождений Сибирской платформы, которые сегодня интенсивно осваиваются. Ангара и красноярский Север дали ему путевку в большую жизнь. Во всех отношениях — большую. Он до 70 лет выезжал на буровые и в полевых условиях проводил литологические и стратиграфические исследования, без которых ни одна буровая не может быть заложена. Он и сегодня востребован, как никогда, — оказалось, что специалисты его уровня на вес золота. Почти полувековая работа в красноярской геологии, огромный практический и исследовательский опыт — вот главное его богатство. В свое время государство отметило труд геолога орденом «Знак Почета». За пятьдесят лет много раз менялись названия предприятия, на которое когда-то пришел Павел Петрович Скоробогатых: сегодня это Красноярский филиал Сибирской сервисной компании — так поименовано ныне геологическое предприятие. А начиналось всё в послевоенные годы, когда после девятого класса Павел Скоробогатых подался на каникулах в рабочие геодезической партии, развернувшей свой лагерь в его родной вятской деревне Созиновы. Парню двух месяцев хватило, чтобы окончательно и бесповоротно выбрать свой путь. После десятилетки он написал письма в разные институты. Выбрал Томск — геологоразведочный факультет политехнического института, а конкретнее, специальность «геология и разведка нефтяных и газовых месторождений». Потом по распределению (выпускников вузов тогда еще направляли в конкретные места и на конкретные предприятия) попал в Красноярский край, в геологическое управление. Два года работал в Ермаково под Игаркой, там обосновалась Северная комплексная нефтеразведочная экспедиция. Семь лет трудился в Норильске, в поисковой партии. Северные территории осваивались еще до войны: там стояли отдельные скважины, масштабных исследований никто не проводил еще, но о первых признаках нефти и газа определенно стало известно именно тогда. Скоробогатых и его коллеги в 1960-е годы осваивали северное правобережье Енисея, вели так называемую структурно-поисковую съемку. Павел Петрович как начал работать на «северах», так до сих пор на тех широтах и остается. Глядя на этого энергичного мужчину, забываешь о его возрасте. Многие его сверстники в 72 считают себя глубокими стариками. Для Павла Петровича такой подход к жизни не приемлем: он отлично владеет компьютером, полон планов. А по части энергии и «продвинутости» в геологической сфере может дать фору многим своим молодым коллегам. Вот такой у нас сегодня гость…»

«Прагматика

плюс любовь

— Павел Петрович, у меня есть знакомый, который в три раза моложе вас, но уже мечтает о пенсии. Парадокс какой-то! И ваш пример: вам вроде бы по статусу положен отдых, а вы всё рветесь в бой…

— Честно говоря, я не считаю себя молодым… В моем профессиональном долголетии есть и доля прагматизма: надо помогать коллегам, кадров в геологии не хватает. Но есть и другая доля — она занимает в числовом выражении примерно 99 процентов: ей я и обязан своему долголетию в профессии. Моя работа… Как бы вам это попонятнее объяснить… Она и в кровь, и в жилы мои вошла. Я был верным ей всю жизнь — и когда геология в почете была, и когда ее бросили на произвол судьбы, и сейчас, когда появилась надежда. И эта верность, что самое главное, меня никогда не тяготила.

— Это любовь!

— Можно и так сказать. Добавлю: любовь взаимная и бескорыстная. Одним словом — настоящая. «Высококвалифицированное сопровождение скважин в области стратиграфии» — это моя квалификационная характеристика как геолога. Я, конечно, не могу тягаться со специалистами научно-исследовательских институтов, потому как в свое время не занялся наукой, о чем сейчас немного сожалею. Но зато, скажу без ложной скромности, у меня богатый опыт, накопленный на производстве, в полевых условиях. Некоторые утверждают, что таких специалистов в геологии сейчас единицы.

Я получил, например, огромный объем информации об отложениях правобережья Енисея на Сибирской платформе, как раз работая в структурно-поисковой партии. Это та же геологическая съемка, только направленная именно на поиски горных структур, или поднятий, и их оконтуривание по естественным выходам на поверхность. Мы имели дело с породами, в маршруты ходили. Подходим к обнажению, стучим молотком (помните, может, кадры из старых фильмов?), описываем, отбираем образцы разных пород. Ну и потом делаем структурные построения и выдаем рекомендации.

Нефть легкая, она должна собираться где-то в куполах. Вот такие структуры, в которых прячется нефть, и ищут геологи. Считая, что нефть на большой глубине -2.000 метрови ниже (здесь, на Сибирской платформе, выше этих глубин ее нет). Сначала проводится геологическая съемка, потом — структурно-поисковые работы, а следом уже геофизики ведут сейсморазведочные работы, уточняют, есть ли такая структура на глубине. Если они подтвердили выводы геологов, тогда закладывается глубокая буровая скважина.

Его удел — глубина

— Я слышал, Павел Петрович, что вы сейчас работаете над интересной темой. Так утверждают профи. А можно для человека, далекого от геологии, объяснить, в чем ее ценность?

— Тема такая: изучение и прогнозирование пород коллекторов на глубинах. Это та порода, которая может вмещать в себя и собирать углеводороды. В 1960-е годы скважин было еще не очень много, в основном приходилось получать знания по результатам маршрутных исследований, по естественным обнажениям — по Ангаре, Нижней Тунгуске, Подкаменной Тунгуске и их притоках. Я постоянно выезжал на буровые, именно там изучал керн, извлеченный на поверхность в результате бурения глубоких скважин для решения вопросов литологии и стратиграфии.

Мне приходилось изучать разрезы горных пород, которые могут встречаться на глубинах около5.000 метров. Они кое-где в Красноярском крае выходят на поверхность.

— Перестройка, к сожалению, многое не перестроила, а попросту сломала. В частности, и в геологии. Как вы пережили время перемен?

— Перестроечные годы, признаюсь, меня и не задели особенно-то. Потому что я один из немногих на предприятии занимался вопросами литологии и стратиграфии. Вот и оказался востребованным. «Енисейнефтегазгеологию» ликвидировали, люди ушли кто куда, а мне переучиваться на бизнесмана или еще кого-то было поздно, я продолжил заниматься своим привычным делом. Потом уже перешел в «глубокое бурение» с выездом на буровые скважины.

Сожалею, что когда был моложе, не занимался вопросами бурения и, самое главное, испытанием скважин. Сейчас было бы намного легче — работа шла бы шире, эффективней, будь у меня навык и багаж опыта и знаний при испытаниях скважин. А так — только вопросы литологии и стратиграфии и прогнозирование разрезов на глубину — мой удел… Но на такой удел грех жаловаться.

Атом тоже не ангел

— Вопрос на засыпку. Разработчики альтернативных видов топлива критикуют нефтяников: мол, наносят вред природе, нарушают равновесие. Может, они правы и не стоит в разведку нефти вкладывать деньги?

— Всему свое время. На современном этапе именно продукты переработки нефти востребованы — это же не только керосин, бензин, солярка, мазут, но и очень много других химических соединений, которые делают из углеводородов, из нефти. Всё в современном мире на этом задействовано. Ну, а что касается альтернативы… Атом тоже чреват для экологии… Всё равно когда-то нефть кончится. Некоторые считают — через 20 лет, другие — через 50. Если подойти к этому вопросу с неорганической гипотезы, нефть и сейчас образуется, и будет дальше рождаться — пока Земля существует как планета. Будут генерироваться углеводороды в результате разных химических реакций и физических процессов — давление, температура, электрические поля, акустические поля. Мне больше нравится неорганическая гипотеза происхождения нефти.

— Кроме геологии у вас есть еще какие-то увлечения?

— А как же! Если когда-нибудь я стану настоящим пенсионером, то опять к плетению, хобби своему, вернусь, займусь им вплотную. Тапочки, лапти сувенирные, корзинки из бересты и прутьев я и сейчас плету на досуге. Дарю друзьям. Собирал бересту, когда в маршруты ездил. Сам освоил грамоту плетения. Так что, если бы вы задали тривиальный вопрос про планы на будущее, я бы с чистой душой ответил: планы что ни на есть самые творческие.»

Ты меня не кори, не суди!

Ты пойми, занедужил я Севером.

От чего ж мне, ночною порой,

Снится поле, поросшее клевером…?

Доброго здоровья и удачи тебе, Павел Петрович!!!!

Читайте мои стихи и рассказы на slovoblyd.ru




Рубрика: люди, Рассказы из жизни | Метки: Метки: , , ,

4 комментария

  • Сергей

    Очень интересный рассказ спасибо.

    Ответить
  • Борис

    Мы выросли на романтике 60х. Геологи, альпинисты, моряки…
    К сожалению все это затерялось в тени денег и в ворохе ненужных вещей.
    Спасибо!

    Ответить
    • egorich

      Совершенно с Вами согласен, Борис!
      Как показала, уже сегодня, жизнь, — не худшая эпоха была. Эпоха романтики!Именно тогда росли города, плотины ГЭС,вздымались ввысь опры ЛЭП, тянулись к горизонтам серебряные параллеи стальных магистралей! А мы, привозили из маршрутов и походов, своим любимым новые, пусть в чем то неуклюжие, стихи и песни!
      И ведь, ни кто нас не гнал!
      Сами стремились, душа звала посмотреть, а что там , за горизонтом!?
      И жаль, что это бесповоротно затерялось…

      Ответить
  • Андрей Шемонаев

    Отличная статья!!!Заставляет задуматься! Побольше надо таких статей!!!

    Ответить
Оставить комментарий
Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *
Имя *
Email *
Сайт
Ваш комментарий
 scrollToTop